Познакомься с ю ю

Автор: Каспарова Ю | новинки | книжный интернет-магазин Лабиринт

познакомься с ю ю

Звали ее Ю-ю. Не в честь какого-нибудь китайского мандарина Ю-ю и не в память папирос Ю-ю, а просто так. Увидев ее впервые маленьким котенком. Юю это маленький пушистый котёнок который очень любит играть. Лучшие и новые книги автора: Каспарова Ю. в интернет-магазине Лабирит. Роджерс Мадлен · Ранок: Познакомься с нами. р.

У фильма Бёрона "Алиса в стране чудес" при всех его достоинствах есть, по крайней мере, несколько из перечисленных атрибутов плохого фильма.

познакомься с ю ю

Точнее, один атрибут, пожалуй, главный. Это жанровая несовместимость кинопроизведения с первоисточником. Книга Кэролла про парадоксы языка, которые с языка не слезают и становятся факторами существования.

Фильм Бёртона - это фильм про то, как универсален язык Диснея, способный зализать все ранки апорий и парадоксов подобно тому, как в фильме эти ранки зализывают сказочной Алисе.

Бёртоновская Алиса слишком сказочная. В дурном готическом смысле. Язык Диснея чрезмерно повествователен и чересчур драматичен, для того чтобы вместить Алису.

Чтобы создать своё повествование об Алисе, Кэррол обращал свои парадоксы прежде против этого языка. Алиса - это имя языковой игры точнее всех человеческих языковых игр. В этой игре все слова, словно пешки в шахматной игре, хотят стать чем-то большим.

При этом тот, кто произносит эти слова, постоянно ими же и вымарывается, перечёркивается. Это и есть настоящая "голова с плеч", как опыт идентичности, связанный с травмой, утратой, к которой приучил нас язык. Функционируя таким образом, язык выступает условием нашей возможности представляющей собой сумму утрат.

Кэролловская Алиса, подобно каждому из нас, никогда не равно самой. Бёртоновская Алиса пьёт зелья и ест пироги лишь для того, чтобы уменьшиться или увеличиться в размерах. При этом бёртоновская Алиса в себе нисколько не сомневается. Для неё не существует коллизии субъекта, которая есть в кэролловской Алисе, балансирующей подобно всем нам на грани здравомыслия и абсурда, безумия и скепсиса.

Вместо драмы субъектности перед нами драма характера, вместо безумного чаепития - театральная инсценировка. Характер выковывается в диссидентском каком-то сопротивлении записной злодейке-королеве, словно позаимствованной из какого-нибудь "Гарри Поттера".

познакомься с ю ю

Единственное исключение и редкая для этого фильма удача - образ Белой Королевы в исполнении Энн Хатуэй. Возможно, Хэтуэй просто плохая актриса и хотела изобразить нечто иное этакую королеву-экологистку. Однако получилось у неё сыграть нечто большее - деградацию принципа добра, превратившегося в набор политкорректных штампов. Но вернёмся к Бёртону. Бёртон психологизирует там, где у Кэролла опыт психологизации исключается; но Бёртон убедителен тогда, когда обращается к той точке, в которой психологизация и абсурд всё-таки могут сойтись.

Это опыт безумия так же, как и фигура Шляпника в исполнении Джонн Деппа.

А.Куприн "Ю-Ю", 5 класс

Депп не зря заглавный актёр - он и делает фильм самим фактом своего появления. Депп играет не безумца, а нормального человека в абсурдных обстоятельствах. Нас она милостиво приемлет. Я любил исполнять ее приказания. Вот, например, я работаю над парником, вдумчиво отщипывая у дынь лишние побеги - здесь нужен большой расчет.

Жарко от летнего солнца и от теплой земли. Ни разу не обернется на. Посмею ли я отказаться или замедлить? Она ведет меня из огорода во двор, потом на кухню, затем по коридору в мою комнату. Учтиво отворяю я перед нею все двери и почтительно пропускаю. Придя ко мне, она легко вспрыгивает на умывальник, куда проведена живая вода, ловко находит на мраморных краях три опорных точки для трех лап - четвертая на весу для баланса, - взглядывает на меня через ухо и говорит: Я даю течь тоненькой серебряной струйке.

Изящно вытянувши шею, Ю-ю поспешно лижет воду узким розовым язычком. Кошки пьют изредка, но долго и помногу. Иногда для шутливого опыта я слегка завинчиваю четырехлапую никелевую рукоятку. Вода идет по капельке. Нетерпеливо переминается в своей неудобной позе, оборачивает ко мне голову. Два желтых топаза смотрят на меня с серьезным укором. Пускаю воду бежать как следует. Ю-ю сидит на полу перед оттоманкой; рядом с нею газетный лист.

Ю-ю смотрит на меня пристально неподвижными, немигающими глазами. Я гляжу на.

Каспарова Ю.

Так проходит с минуту. Во взгляде Ю-ю я ясно читаю: Все равно просить я не буду". Я нагибаюсь поднять газету и тотчас слышу мягкий прыжок. Она уже на оттоманке. Делаю из газеты двухскатный шалашик и прикрываю кошку.

Дивные единороги

Наружу - только пушистый хвост, но и он понемногу втягивается, втягивается под бумажную крышу. Два-три раза лист хрустнул, шевельнулся - и конец. Бывали у меня с Ю-ю особенные часы спокойного семейного счастья. Это тогда, когда я писал по ночам: Царапаешь, царапаешь пером, вдруг не хватает какого-то очень нужного слова. Шипит еле слышно керосин в лампе, шумит морской шум в ушах, и от этого ночь еще тише.

И все люди спят, и все звери спят, и лошади, и птицы, и дети, и Колины игрушки в соседней комнате. Даже собаки и те не лают, заснули.

познакомься с ю ю

Косят глаза, расплываются и пропадают мысли. И вздрогнешь от мягкого упругого толчка. Это Ю-ю легко вскочила с пола на стол. Совсем неизвестно, когда пришла.

Блог — Дневник Луизы Ложкиной — Телеканал Ю

Поворочается немного на столе, помнется, облюбовывая место, и сядет рядышком со мною, у правой руки, пушистым, горбатым в лопатках комком; все четыре лапки подобраны и спрятаны, только две передние бархатные перчаточки чуть-чуть высовываются наружу. Я опять пишу быстро и с увлечением. Порою, не шевеля головою, брошу быстрый взор на кошку, сидящую ко мне в три четверти. Ее огромный изумрудный глаз пристально устремлен на огонь, а поперек его, сверху вниз, узкая, как лезвие бритвы, черная щелочка зрачка.

Но как ни мгновенно движение моих ресниц, Ю-ю успевает поймать его и повернуть ко мне свою изящную мордочку. Щелочки вдруг превратились в блестящие черные круги, а вокруг них тонкие каемки янтарного цвета.

Ладно, Ю-ю, будем писать. Сами собою приходят ладные, уклюжие слова. В послушном разнообразии строятся фразы. Но уже тяжелеет голова, ломит спину, начинают дрожать пальцы правой руки: И Ю-ю думает, что пора. Она уже давно выдумала развлечение: И вдруг хлоп лапкой по самой последней мухе.

Удар меток и быстр: Пусть мухи тоже поспят до завтрева. За окном уже можно различить мутные очертания милого моего ясеня. Ю-ю сворачивается у меня в ногах, на одеяле.

Заболел Ю-юшкин дружок и мучитель Коля. Ох, жестока была его болезнь; до сих пор страшно вспоминать о. Тут только я узнал, как невероятно цепок бывает человек и какие огромные, неподозреваемые силы он может обнаружить в минуты любви и гибели. У людей, Ника, существует много прописных истин и ходячих мнений, которые они принимают готовыми и никогда не потрудятся их проверить.

Так, тебе, например, из тысячи человек девятьсот девяносто девять скажут: Она привязывается к жилью, а не к человеку". Они не поверят, да и не посмеют поверить тому, что я сейчас расскажу про Ю-ю.

  • Алиса, познакомься, это Бёртон
  • Блог сериала «Дневник Луизы Ложкиной»
  • Правила использования сайта и политика конфиденциальности

Ты, я знаю, Ника, поверишь! Кошку к больному не пускали. Пожалуй, это и было правильным. Толкнет что-нибудь, уронит, разбудит, испугает. И ее недолго надо было отучать от детской комнаты. Она скоро поняла свое положение. Но зато улеглась, как собака, на голом полу снаружи, у самой двери, уткнув свой розовый носик в щель под дверью, и так пролежала все эти черные дни, отлучаясь только для еды и кратковременной прогулки.

Отогнать ее было невозможно. Да и жалко. Через нее шагали, заходя в детскую и уходя, ее толкали ногами, наступали ей на хвост и на лапки, отшвыривали порою в спешке и нетерпении.

познакомься с ю ю

Она только пискнет, даст дорогу и опять мягко, но настойчиво возвращается на прежнее место. О таковом кошачьем поведении мне до этой поры не приходилось ни слышать, ни читать.

Алиса, познакомься, это Бёртон / Мировая повестка / Главная - Русский журнал

На что уж доктора привыкли ничему не удивляться, но даже доктор Шевченко сказал однажды со снисходительной усмешкой: Ах, Ника, для меня это вовсе не было ни комично, ни курьезно. До сих пор у меня осталась в сердце нежная признательность к памяти Ю-ю за ее звериное сочувствие И вот что еще было странно. Как только в Колиной болезни за последним жестоким кризисом наступил перелом к лучшему, когда ему позволили все есть и даже играть в постели, - кошка каким-то особенно тонким инстинктом поняла, что пустоглазая и безносая отошла от Колина изголовья, защелкав челюстями от злости.

Ю-ю оставила свой пост. Долго и бесстыдно отсыпалась она на моей кровати. Но при первом визите к Коле не обнаружила никакого волнения. Тот ее мял и тискал, осыпал ее всякими ласковыми именами, назвал даже от восторга почему-то Юшкевичем! Она же вывернулась ловко из его еще слабых рук, сказала "мрм", спрыгнула на пол и ушла. Какая выдержка, чтобы не сказать: Дальше, милая моя Ника, я тебе расскажу о таких вещах, которым, пожалуй, и ты не поверишь.

Все, кому я это ни рассказывал, слушали меня с улыбкой - немного недоверчивой, немного лукавой, немного принужденно-учтивой. Друзья же порою говорили прямо: Где же это слыхано и видано, чтобы кошка собиралась говорить по телефону? Послушай, Ника, как это вышло. Встал с постели Коля худой, бледный, зеленый; губы без цвета, глаза ввалились, ручонки на свет сквозные, чуть розоватые.